В политике действует тот же закон, что и в природе: если два хищника охотятся на одной территории, рано или поздно одному из них становится тесно.

На территории Киево-Печерской лавры вспыхнул пожар. По предварительной информации, возгорание произошло вследствие прямого попадания во время очередной российской атаки.

Игорь Додон жёстко раскритиковал планы правительства по запуску производства беспилотников, заявив, что речь идёт не о мирных технологиях, а об интеграции Молдовы в военно-промышленный комплекс Европейского союза.

Когда-то Владимир Воронин, выступая в Гагаузии, торжественно объявил себя «гагаузом №1». Тогда это выглядело как политический курьёз. Сегодня ситуация вышла на новый уровень: претендентов на звание главного защитника Гагаузии стало заметно больше.

На протяжении более трёх лет Украина фактически выполняет функцию восточного щита Европы. Именно украинская армия сдерживает одну из крупнейших армий мира, не позволяя России реализовать свои военно-политические планы в отношении европейского пространства.

Самые серьёзные последствия могут ждать Россию впереди. История показывает, что затяжные войны редко заканчиваются только военными итогами. Очень часто они запускают внутренние процессы, которые становятся более значимыми, чем события на фронте.

Именно поэтому главный вопрос молдавской политики сегодня состоит не в том, сможет ли оппозиция критиковать власть. Главный вопрос заключается в том, сможет ли кто-либо из этих лагерей превратиться из оппозиции в реальную альтернативу власти.

«Исчезнут сёла», «мы потеряем услуги», «учреждения окажутся под политическим контролем».

Главная интрига заключается не только в том, кто станет следующим башканом. Главный вопрос состоит в другом: сможет ли Гагаузия сформировать новую политическую элиту, способную перейти от политики постоянного противостояния к политике развития.

Недавнее заявление президента Майи Санду о необходимости развития в Молдове производства беспилотников и дронов-перехватчиков вызвало оживлённую дискуссию. Одни увидели в этом исключительно вопрос безопасности. Другие заговорили о милитаризации страны. Однако за этим заявлением стоит гораздо более важная тема.

До парламентских выборов в Армении российские пропагандистские ресурсы и их подпевалы в Молдове уверенно предсказывали поражение Пашиняна и победу пророссийских сил. Читая эти прогнозы, невольно задаёшься вопросом: они вообще способны учиться на собственных ошибках?

Возможно, именно эти две угрозы - покушение и последствия окончания войны - Путин воспринимает гораздо серьёзнее, чем давление извне.

Понимаю, что для кого-то это может прозвучать слишком оптимистично. Но общение с людьми, которые сумели создать в Молдове успешный бизнес, реализовать серьёзные проекты, добиться результатов в своих сферах, а также встречи с некоторыми бывшими и нынешними высокопоставленными чиновниками убеждают меня в одном: у Молдовы есть потенциал для развития.

Молдавские партии постепенно теряют признаки демократических организаций и всё больше превращаются в структуры, построенные вокруг одного лидера или узкой группы лиц.

Главные события недели. Решения власти. Действия оппозиции. Скрытые мотивы политических игроков. Влияние этих решений на общество, экономику и будущее страны.

Довольно войны. Украина предлагает закончить эту войну. Нужно сделать это честно, достойно и гарантировать, что нового разжигания войны не будет

Если территория Приднестровья будет официально объявлена частью Российской Федерации и использована для военных действий против Украины, то Украина неизбежно будет рассматривать её уже не как замороженный конфликт, а как военный плацдарм противника.

Самое опасное заключается в том, что подобные идеи постепенно перестают восприниматься как экзотика. Они становятся частью политической дискуссии внутри России.

На российской площадке Игорь Додон традиционно рассказывает о том, как всё плохо в Молдове. Критикует власть. Говорит о кризисах, ошибках и проблемах. Формирует у потенциальных инвесторов впечатление, что страна находится в состоянии постоянной нестабильности и не имеет перспектив.

В конечном итоге главный вопрос заключается не в том, объединятся ли когда-нибудь Молдова и Румыния. Главный вопрос заключается в другом: Станет ли жизнь большинства граждан лучше или хуже? Если ответ положительный, сторонников такого проекта будет становиться больше. Если отрицательный - никакие политические лозунги не помогут. Потому что в истории побеждают не те проекты, которые нравятся политикам, а те, которые улучшают жизнь людей.

Захищаючи себе, Українська Держава, Українські Воїни та прості Люди захищають увесь цивілізований світ та його цінності від кремлівської чуми.

Поэтому главный вопрос сегодня заключается не в том, похожи ли отдельные цитаты или отдельные пропагандистские конструкции. Главный вопрос заключается в том, насколько опасно для мира возвращение старой логики, согласно которой агрессия объявляется защитой, а захват чужой территории - борьбой за безопасность. История XX века уже показала, к чему приводит такая логика. И именно поэтому любые попытки её повторить заслуживают самого серьёзного внимания.

В конечном итоге Путин проиграл не Майе Санду. Он проиграл изменившейся Молдове. Стране, которая постепенно перестала жить воспоминаниями о вчерашнем дне и начала строить планы на завтрашний день.

Почему нарративы, десятилетиями циркулировавшие в российской пропаганде, сегодня появляются в молдавском информационном пространстве под видом независимого анализа? Ответы на эти вопросы зачастую оказываются намного важнее самих обвинений.

Но помимо всего этого существует ещё один фактор. Его трудно измерить в процентах, невозможно увидеть в статистических таблицах и почти невозможно посчитать в деньгах. Однако именно он во многом определяет наше настоящее и наше будущее. Речь идёт о ментальности.

Ошибка министра может стоить стране десятков миллионов леев. Удачное решение может принести сотни миллионов инвестиций или создать тысячи рабочих мест.