В случае ухода Орбана и поражения его политической силы на выборах, Республика Молдова может получить дополнительный позитивный импульс в контексте усилий по реинтеграции, восстановлению суверенитета и территориальной целостности страны.

Молдове важно сохранять устойчивость к подобным информационным атакам и рассматривать их как часть более широких попыток дестабилизации государства.

Перед Кишинёвом стоит вопрос, который нельзя откладывать: что делать с Гагаузией, пока не стало слишком поздно?

Парламент Молдовы денонсировал соглашение с Российской Федерацией о создании и функционировании культурных центров

Оппозиция в Молдове переживает глубокий кризис - кризис идей, смыслов и доверия избирателей. Впрочем, осознание этой реальности - уже шаг вперёд. Но дальше осознания пока дело не идёт.

Пока об этом говорят шёпотом. Осторожно. Но разговоры о третьем сроке Майи Санду уже начались.

Парадокс Молдовы в том, что все три идеологические ниши - центр, право и лево - существуют, но не заполнены.

Правительство Молдовы единогласно одобрило законопроект о денонсации соглашения, регулирующего деятельность так называемого Российского центра науки и культуры.

Вместе с ведущим и, предположительно, политическим аналитиком Корнелиу Чуря, обсудим перспективы нового правительства Молдовы.

Вчера было рано. Завтра может быть поздно. Сегодня - единственный шанс повернуть процесс в пользу Молдовы.

То, что Россия после распада СССР активно использует религиозный фактор для сохранения и усиления своего влияния не является секретом ни для кого. Показательно, что, по большому счету Москва часто и не прячет это свое влияние, в отличие от некоторых других ситуаций, где связь с Россией всячески отрицается.

Нужен Национальный фонд стартапов, нужны инкубаторы в университетах, нужна связь с диаспорой, которая готова вкладываться в страну.

В Молдове часто оценивают власть не по делам, а по геополитическим симпатиям - «проевропейская» она или «пророссийская», «наша» или «чужая». Такой подход эмоционален и субъективен. Он не даёт понимания, насколько эффективно управляется страна.

31 октября парламент Молдовы утвердил правительство Александра Мунтяну

Высказывание президента Майи Санду - важный шаг: признание, что пропаганда РФ - это не набор бессмысленных публикаций, а системная, целенаправленная стратегическая операция. Но признание проблемы - это только начало. Реальная победа наступит, когда переход от диагноза к лечению станет последовательным, быстрым и профессиональным.

В последнее время пророссийские пропагандисты, включая Богдана Цырдю, активно распространяют ложь о якобы «требованиях ЕС» к Молдове.

Свобода слова -это ценность, но свобода лжи, оплачиваемой из Москвы, - это угроза.

В самом сердце Кишинёва есть место, которое трудно описать словами. Уникальное, живое, душевное - Coffeemolka. Это не просто кофейня, это - культурный символ Молдовы, бренд, достойный стоять в одном ряду с мировыми легендами: Costa Coffee, Tim Hortons, Gloria Jean’s...

Тема российских денег в Молдове становится всё более чувствительной. И на это есть основания.

Россия продолжает наращивать усилия в информационной войне. В проекте бюджета на 2026 год, финансирование государственных медиа и пропагандистских структур увеличивается на беспрецедентные 54%.

В Молдове до сих пор живет и действует советская модель управления финансами - система, построенная на зависимости и подчинении.

Сегодня, 19 октября, в Гагаузской автономии официально отмечается День памяти жертв голода, от которого пострадал гагаузский народ в сталинский период. Со стыдом признаю — не знал, что в автономии существует такой день. И это многое говорит не только обо мне.

В то же время нельзя исключать, что это - агония чисто пророссийского проекта, и в недрах Кремля уже готовится новый формат: с действительно новыми лицами, идеями и подходами.

Ложь и угрозы стали фирменным стилем российского посла. Видимо, именно это и есть его “дипломатическая миссия” - сеять страх, искажать факты и пытаться диктовать условия суверенной стране.

В конце 1980-х годов, когда Молдова двигалась к независимости, Кремль активно использовал риторику угрозы «румынизации» и потери идентичности. Гагаузов, как и жителей Приднестровья, пугали «румынскими жандармами» и объединением с Румынией. Люди боялись не столько за свою этническую принадлежность, сколько за привычный уклад жизни. Россия предложила им образ «защитника от перемен», и этот страх стал основой долгосрочной зависимости региона от Москвы.

С начала 2000-х годов молдавские политики - от Воронина до Додона - строили свои кампании вокруг образа «друга России». И если внешне это выглядело как демонстрация лояльности, то за кулисами всё было иначе.