Мне кажется, мы совершаем ошибку, когда продолжаем искать главную российскую угрозу там, где привыкли ее видеть.

Мы слишком много смотрим на привычную пророссийскую оппозицию. На Додона, Воронина и политиков того же типа. Следим за их заявлениями, поездками в Москву, митингами, новыми блоками.

Но власть эту оппозицию не очень боится. Скажем прямо: во многом она ей даже выгодна.

Перефразируя Вольтера: если бы такой оппозиции не существовало, власти стоило бы ее придумать.

Она удобна. Можно показать на нее и сказать: вот альтернатива. Хотите ее? Вот европейская Молдова и шанс на будущее, а вот политики, которые хотят вернуть страну в российскую сферу влияния.

Проблема в том, что реальная российская стратегия может становиться значительно сложнее.

Мы, возможно, переоцениваем ставку Кремля на Додона и ему подобных. Они остаются полезными Москве: есть электорат, структуры, медийные возможности. Но главная ставка может быть уже не на их приход к власти.

Ставка может быть на хаос, апатию, недоверие, ощущение безвластия и отсутствия будущего.

Не взять власть, а ослабить государство

Раньше российская стратегия выглядела понятно: поддержать пророссийские партии, помочь им выиграть выборы, сформировать лояльную Москве власть и остановить европейский курс.

Сегодня сделать это значительно сложнее. Молдова слишком далеко продвинулась по европейскому пути.

Поэтому стратегия может меняться.

Не обязательно останавливать поезд. Достаточно постепенно разбирать железную дорогу.

Не обязательно приводить к власти пророссийского президента. Можно сделать так, чтобы любое правительство было слабым, парламент раздробленным, общество не доверяло государству, а люди перестали верить политикам, реформам, евроинтеграции и самой возможности изменить страну.

Это уже не просто борьба за власть.

Это борьба за способность Молдовы оставаться устойчивым государством.

Кремль ищет новые лица

Мы привыкли искать российское влияние перед выборами: деньги, покупка голосов, Telegram-сети, пропаганда, подконтрольные партии.

Все это остается. Но если задача меняется с захвата власти на дестабилизацию государства, работать нужно уже не только с пророссийским электоратом.

Кремль ставит новую задачу -  работать со всем обществом.

С разочарованными проевропейскими избирателями. С унионистами. С суверенистами. С предпринимателями. С интеллигенцией. С молодежью. С людьми, которые никогда не проголосуют за Додона или откровенно пророссийскую партию.

И поэтому новый проект влияния совсем не обязательно должен выглядеть пророссийским.

Он может быть проевропейским. Унионистским. Суверенистским. Антикоррупционным. Может защищать демократию и одновременно методично убеждать общество: государство не работает, власть никчемна, институтам нельзя доверять, перемены невозможны.

И здесь Додон, Воронин, Влах и им подобные уже не подходят.

Нужны новые политики, новые партии, новые общественные лидеры.

А до их появления могут создаваться новые информационные платформы, аналитические центры, экспертные сообщества, школы подготовки будущих политиков. Не обязательно с российским флагом над входом. Скорее наоборот.

После Санду

Есть еще один важный фактор.

Эпоха Майи Санду когда-нибудь закончится. Это нормальный демократический процесс.

Но переходный период может стать моментом особой уязвимости.

Если возникнет ощущение, что политической замены нет, институты ослабли, а внутри проевропейского лагеря началась борьба за наследство, задача Москвы может состоять уже не в том, чтобы привести своего кандидата.

Гораздо эффективнее сделать так, чтобы сильного кандидата вообще не появилось.

Чтобы вместо одного проекта возникло десять. Чтобы вчерашние союзники воевали друг с другом. Чтобы проевропейский лагерь дробился. Чтобы общество устало от всех.

Евроинтеграцию можно не отменять

И здесь самое интересное.

Евроинтеграцию Молдовы необязательно останавливать.

Можно попытаться изменить ее содержание.

Формально страна продолжает идти в ЕС. Европейские флаги остаются. Переговоры продолжаются. Политики произносят правильные слова.

Но внутри растут слабость институтов, конфликт элит, коррупция, недоверие и социальное раздражение.

Получается опасная конструкция: проевропейская риторика без европейского государства.

Поэтому российское влияние нельзя больше искать только там, где есть портрет Путина, георгиевская ленточка или лозунги о дружбе с Москвой.

Современная гибридная операция как раз может выглядеть иначе. В ней могут участвовать люди, которые сами считают себя европейцами и искренне не воспринимают себя как союзников России.

И потому главный вопрос уже не только в том, кто поддерживает Россию.

Главный вопрос другой: кто и каким образом разрушает доверие граждан к государству, общества к политикам, регионов к центру, одной части страны к другой и, наконец, Молдовы к собственному будущему.

Если эта гипотеза хотя бы частично верна, ставка Кремля действительно меняется.

Не обязательно захватывать Молдову политически. Достаточно сделать ее слабой, раздробленной, разочарованной и неспособной двигаться вперед.

А потом ждать.

Потому что страну, которая перестала верить в собственное будущее, гораздо легче развернуть в любую сторону.

Примечание

Если вы хотите помочь в реализации проектов, направленных на развитие Молдовы, буду рад сотрудничеству.

MIA: +373 69 111 228

IBAN: MD87AG000000022592651002

Pariul Kremlinului în Moldova s-a schimbat

Mi se pare că facem o greșeală atunci când continuăm să căutăm principala amenințare rusească acolo unde ne-am obișnuit să o vedem.

Ne uităm prea mult la opoziția prorusă tradițională. La Dodon, Voronin și la politicienii de același tip. Le urmărim declarațiile, deplasările la Moscova, mitingurile, noile blocuri politice.

Dar puterea nu se teme prea mult de această opoziție. Să spunem lucrurilor pe nume: în multe privințe, o asemenea opoziție chiar îi convine.

Parafrazându-l pe Voltaire: dacă o asemenea opoziție nu ar exista, puterea ar trebui să o inventeze.

Este comodă. Poți arăta spre ea și spune: iată alternativa. O vreți? Aici este Moldova europeană și șansa la un viitor, iar dincolo sunt politicienii care vor să readucă țara în sfera de influență a Rusiei.

Problema este că strategia reală a Rusiei poate deveni mult mai complexă.

Este posibil să supraestimăm pariul Kremlinului pe Dodon și pe cei asemenea lui. Ei rămân utili Moscovei: au electorat, structuri, resurse mediatice. Dar pariul principal s-ar putea să nu mai fie aducerea lor la putere.

Pariul poate fi altul: haosul, apatia, neîncrederea, sentimentul că nimeni nu mai controlează situația și că țara nu are viitor.

Nu să preiei puterea, ci să slăbești statul

Înainte, strategia Rusiei părea destul de clară: susținerea partidelor proruse, ajutarea lor să câștige alegerile, formarea unei puteri loiale Moscovei și oprirea cursului european.

Astăzi este mult mai greu de realizat acest scenariu. Moldova a avansat prea mult pe drumul european.

De aceea, strategia se poate schimba.

Nu este obligatoriu să oprești trenul. Este suficient să demontezi treptat calea ferată.

Nu este obligatoriu să aduci la putere un președinte prorus. Poți face în așa fel încât orice guvern să fie slab, parlamentul fragmentat, societatea să nu aibă încredere în stat, iar oamenii să nu mai creadă în politicieni, reforme, integrarea europeană și, în cele din urmă, în însăși posibilitatea de a schimba țara.

Aceasta nu mai este doar o luptă pentru putere.

Este o luptă pentru capacitatea Moldovei de a rămâne un stat stabil și rezilient.

Kremlinul caută figuri noi

Ne-am obișnuit să căutăm influența Rusiei înaintea alegerilor: bani, cumpărarea voturilor, rețele Telegram, propagandă, partide controlate.

Toate acestea rămân. Dar dacă obiectivul se schimbă de la preluarea puterii la destabilizarea statului, atunci nu mai este suficient să se lucreze doar cu electoratul prorus.

Kremlinul își stabilește o nouă sarcină: să lucreze cu întreaga societate.

Cu alegătorii proeuropeni dezamăgiți. Cu unioniștii. Cu suveraniștii. Cu antreprenorii. Cu intelectualii. Cu tinerii. Cu oamenii care nu vor vota niciodată pentru Dodon sau pentru un partid declarat prorus.

De aceea, un nou proiect de influență nu trebuie neapărat să arate ca unul prorus.

Poate fi proeuropean. Unionist. Suveranist. Anticorupție. Poate apăra democrația și, în același timp, să convingă metodic societatea că statul nu funcționează, puterea este incapabilă, instituțiile nu merită încredere, schimbarea este imposibilă.

Iar aici Dodon, Voronin, Vlah și cei asemenea lor nu mai sunt potriviți.

Este nevoie de politicieni noi, partide noi, lideri publici noi.

Iar până la apariția lor pot fi create noi platforme informaționale, centre analitice, comunități de experți, școli pentru pregătirea viitorilor politicieni.

Nu neapărat cu drapelul Rusiei deasupra intrării.

Mai degrabă invers.

După Sandu

Mai există un factor important.

Epoca Maiei Sandu se va încheia cândva. Este un proces democratic normal.

Dar perioada de tranziție poate deveni un moment de vulnerabilitate deosebită.

Dacă apare impresia că nu există o alternativă politică, că instituțiile sunt slăbite, iar în interiorul taberei proeuropene începe lupta pentru succesiune, obiectivul Moscovei ar putea să nu mai fie aducerea propriului candidat la putere.

Mult mai eficient ar fi să se ajungă la situația în care un candidat puternic să nu apară deloc.

În locul unui proiect să apară zece. Aliații de ieri să înceapă să lupte între ei. Tabăra proeuropeană să se fragmenteze. Iar societatea să obosească de toți.

Integrarea europeană nu trebuie neapărat oprită

Și aici apare partea cea mai interesantă.

Integrarea europeană a Moldovei nu trebuie neapărat oprită.

Se poate încerca schimbarea conținutului ei.

Formal, țara continuă să meargă spre UE. Drapelele europene rămân. Negocierile continuă. Politicienii rostesc cuvintele potrivite.

Dar în interior cresc slăbiciunea instituțiilor, conflictele dintre elite, corupția, neîncrederea și nemulțumirea socială.

Rezultă o construcție periculoasă: retorică proeuropeană fără un stat european.

De aceea, influența Rusiei nu mai poate fi căutată doar acolo unde există portretul lui Putin, panglica Sfântului Gheorghe sau sloganuri despre prietenia cu Moscova.

O operațiune hibridă modernă poate arăta cu totul altfel. La ea pot participa oameni care se consideră europeni și care, sincer, nu se percep drept aliați ai Rusiei.

De aceea, întrebarea principală nu mai este doar cine susține Rusia.

Întrebarea principală este alta: cine și prin ce metode distruge încrederea cetățenilor în stat, a societății în politicieni, a regiunilor în centru, a unei părți a țării în cealaltă și, în cele din urmă, încrederea Moldovei în propriul său viitor.

Dacă această ipoteză este corectă măcar parțial, atunci pariul Kremlinului chiar se schimbă.

Nu este obligatoriu să cucerești Moldova din punct de vedere politic. Este suficient să o faci slabă, fragmentată, dezamăgită și incapabilă să meargă înainte.

Și apoi să aștepți.

Pentru că o țară care a încetat să mai creadă în propriul viitor poate fi întoarsă mult mai ușor în orice direcție.

Notă

Dacă doriți să contribuiți la realizarea proiectelor orientate spre dezvoltarea Moldovei, voi fi bucuros să colaborăm.

MIA: +373 69 111 228

IBAN: MD87AG000000022592651002