Я посмотрел последнюю пресс-конференцию Владимира Путина. Без лишних эмоций и без желания сгущать краски могу без всяких сомнений сказать: перед нами человек с глубоко нарушенным психическим равновесием. Не в полемическом, а в функциональном смысле. Патологический мифоман, хронический лжец, человек, оторванный от реальности, живущий в вымышленной вселенной, построенной из собственных галлюцинаций, которую он пытается навязать миру в качестве международного порядка.

Очевидно, что он не остановится. Не потому, что не может, а потому, что не хочет. Он будет продолжать убивать украинцев до тех пор, пока у него будут деньги, боеприпасы и пушечное мясо. Это не фигура речи, а диагноз его политического поведения.

Ложь Путина больше не шокирует. Она стала структурной. Годами он перерабатывал одни и те же абсурдные тезисы о «государственных переворотах», «нацизме» и «западных заговорах». Это риторика, характерная для лидеров сект, повторяемая до тех пор, пока последователи перестают требовать доказательств. На этот раз он пошёл ещё дальше, выдвинув новую тезу: будто бы Россия не начинала войну. Якобы Европа напала на Россию, используя украинцев как инструмент. Россия, в этой перевёрнутой логике, лишь защищается. Для тех, кто до сих пор не понял, что означает такая «самооборона»: вчера Россия «защищалась», бомбя мост в Паланке.

Пытаться рационально анализировать заявления этого ботоксного старика — по сути бесполезно. Бред не лечится логическими аргументами. Единственная реальность, которая имеет значение, такова: наша судьба находится в руках человека, который контролирует армию, баллистические ракеты, гигантский пропагандистский аппарат и общество, выдрессированное принимать всё — включая идею о том, что война есть мир, а ложь есть истина. С этой формой политического безумия нам ещё долго придётся жить.

Больше не существует никаких разумных иллюзий, что Россия остановится. Путин будет продолжать убивать — украинцев, русских, соседей — ради своих фантазий о «жизненном пространстве». У Гитлера «Lebensraum» означал Польшу, Украину и Россию. У Путина «Lebensraum» — это «бывшее советское пространство». Разница сугубо семантическая. Суть идентична.

Особого внимания заслуживает предложение Путина об организации «выборов» в Украине, потому что подобный сценарий без существенных изменений может быть применён и в нашем случае — через Приднестровье. Путин заявил о готовности остановить войну на один день, чтобы украинцы проголосовали, при условии, что в голосовании примут участие и «этнические украинцы» из России — около десяти миллионов человек, разумеется, по российским оценкам. Вы понимаете, что это означает?

Возвращаясь к непосредственной реальности: бомбардировки Паланки — это не военные ошибки. Это политические сигналы. Прямые послания Кишинёву и Европе, посредством которых Москва даёт понять, что Республика Молдова находится в зоне её интересов и не имеет никаких реальных гарантий безопасности. Всё остальное — дипломатические упражнения без содержания.

Путин лгал десять лет назад, когда утверждал, что не нападёт на Украину. Он лжёт и сегодня, когда говорит, что не нападёт на другие государства. Если Украина падёт, следующей будет Республика Молдова. Не страны Балтии — там есть НАТО. В Бессарабии среда несравнимо более благоприятна. Три десятилетия идентификационной неопределённости породили общество, легко поддающееся манипуляциям и трудно поддающееся защите. В отличие от балтийцев, у нас посредственный и лишённый хребта политический класс, поэтому у городских ворот будет большое столпотворение: кто понесёт хлеб-соль «освободителям» — Додон, Ткачук или Тарлев?

Что касается Европы, пришло время отказаться от иллюзий. Европа слаба, раздроблена и морально истощена. Исторически она не была способна действовать решительно без поддержки американцев — и сегодня не является. Пока существуют такие лидеры, как Мерц или Макрон, Европа не капитулирует открыто. Но никто не может предсказать исход следующего электорального цикла в этих странах.

Если Европа не смогла конфисковать замороженные в Бельгии российские активы, вполне законно задаться вопросом: каким образом она собирается остановить Россию? Тот, кто не имеет смелости прикоснуться к деньгам агрессора, никогда не найдёт в себе смелости противостоять ему на поле боя.

Не стоит ждать чудес и из-за океана. Авторитарные лидеры не исчезают со сцены просто так. Поэтому не стоит спешить писать политический некролог Трампу.

В этом контексте решение одно — Румыния. Не как избирательный лозунг и не как эмоциональное упражнение, а как проект выживания населения между Прутом и Днестром.

Мы, как граждане, обязаны оказывать давление на руководство Республики Молдова, чтобы инициировать официальные, открытые и прозрачные переговоры с Бухарестом, с тем чтобы в случае неминуемого риска аннексии Бессарабии Россией существовало быстрое, законное и легитимное решение по воссоединению двух румынских государств.

Уния — это не про стихи и пасторальные речи. Это про спасение части румынского народа от новой российской оккупации.

Чем раньше мы это поймём, тем выше будут шансы избежать трагедии.

Alexandru Tanase