. Свыше 80% продукции, произведённой на левом берегу Днестра, реализуется либо на правом берегу Молдовы, либо на рынках Европейского союза. Лишь около 8% товарооборота ориентировано на Россию. Все без исключения транзитные коридоры - автомобильные, авиационные, железнодорожные, энергетические, финансовые - проходят через территорию Республики Молдова. Это не оценка и не политическое пожелание, а сухая экономическая статистика.

В этих условиях иллюзия «самодостаточности» Приднестровья утрачивает даже пропагандистскую убедительность. Регион уже встроен в молдавское и европейское экономическое пространство - де-факто, но без де-юре политических решений.

Именно поэтому Тирасполь объективно заинтересован не в эскалации, а в нормализации отношений с Кишинёвом. Альтернативы этому курсу просто не существует.

Вопрос заключается не в том, нужно ли договариваться, а в том, кто и когда сделает первый осмысленный шаг. Такой шаг должен быть не декларативным, а практическим, понятным международному сообществу и необратимым по своей сути.

Что мог бы сделать Тирасполь в качестве первого шага?

Во-первых, полностью снять все незаконные посты и ограничения на административной линии разграничения с правым берегом. Свобода передвижения людей, товаров и услуг - базовое условие любого доверия. Существование «внутренней границы» внутри страны не только унижает граждан, но и консервирует конфликт в его самой токсичной форме.

Во-вторых, безусловно освободить всех политических заключённых. Любые переговоры теряют смысл, если на фоне разговоров о мире продолжаются репрессии за взгляды, инакомыслие и гражданскую позицию. Этот шаг стал бы важным сигналом о готовности Тирасполя отказаться от практики силового контроля над обществом.

В-третьих, начать реальную демилитаризацию региона. Милитаризация Приднестровья давно не выполняет никакой «оборонительной» функции. Она лишь поддерживает ощущение нестабильности, отпугивает инвесторов и удерживает регион в состоянии хронической экономической депрессии. Демилитаризация - это не уступка, а инвестиция в собственное будущее.

В-четвёртых, официально предложить вывод российской армии и миротворцев с территории региона. Их присутствие не гарантирует мир - напротив, оно является главным источником стратегической неопределённости и потенциальных рисков для всей страны. Без внешнего военного фактора диалог между Кишинёвом и Тирасполем становится внутренним политическим процессом, а не элементом чужой геополитической игры.

Даже начало движения по этому пути дало бы мощный сигнал международному сообществу: в Молдове отсутствуют риски внезапной дестабилизации, военных сценариев и региональных катаклизмов. Это немедленно изменило бы инвестиционный климат. Капитал, технологии и долгосрочные проекты пришли бы как на правый, так и на левый берег Днестра.

В конечном счёте речь идёт не о символических жестах, а о выборе модели будущего. Либо Приднестровье остаётся серой зоной, изолированной, милитаризированной и зависимой от внешних решений. Либо оно становится частью пространства развития, инвестиций и современных технологий. Первый шаг - за Тирасполем. И этот шаг давно назрел.