Начало конфликта: Приднестровье и распад СССР

После распада СССР многим казалось, что отношения между Молдовой и Россией смогут стать прагматичными и стабильными. История, язык, экономика и человеческие связи создавали ощущение, что серьёзных конфликтов удастся избежать. Но реальность оказалась другой.

Главной проблемой с самого начала стало Приднестровье. При прямой поддержке Москвы там сформировался сепаратистский режим, а присутствие 14-й армии стало ключевым фактором конфликта. Надо признать: Россия так и не смогла принять независимость Молдовы как окончательный исторический факт.

После переговоров Бориса Ельцина и Петра Лучинского в Стамбуле возникла надежда, что Москва готова к компромиссам и выводу войск. Но затем и Ельцин, и Лучинский ушли, а новый президент Молдовы Владимир Воронин сделал ставку на личные отношения с Владимиром Путиным и попытался решить приднестровскую проблему через диалог с Кремлём.

Провал меморандума Козака и начало гибридного давления

Переломным моментом стал провал меморандума Козака. После этого Кремль перестал делать ставку на Воронина и начал искать более удобных для себя политиков.

Именно тогда отношения между Молдовой и Россией начали быстро переходить от сложного партнёрства к гибридному противостоянию.

Уже в 2005 году Россия попыталась повлиять на парламентские выборы в Молдове, поддерживая различные оппозиционные силы против Партии коммунистов. Операция провалилась, но стратегия Кремля изменилась: вместо переговоров всё чаще начали использоваться давление, шантаж и вмешательство во внутренние процессы страны.

Игорь Додон как политический проект Кремля

Особую роль в этой системе позже получил Игорь Додон. Именно его Кремль рассматривал как замену Владимиру Воронину.

Формально Додон говорил о «стратегическом партнёрстве» с Россией, но фактически Москва для него часто выглядела не как равноправный партнёр, а как своеобразная «управляющая компания», сигналы которой необходимо выполнять.

Вся его политика строилась вокруг демонстрации лояльности Кремлю: постоянные встречи с Путиным, поддержка российских нарративов, критика европейской интеграции и попытки тормозить сближение Молдовы с ЕС.

Особенно показательным стал эпизод, когда после вмешательства Додона был фактически сорван визит Майи Санду в Москву во время её премьерства. Тогда стало окончательно понятно: для Кремля важны не институты молдавского государства, а наличие в Кишинёве политиков, готовых выполнять нужные Москве решения.

Майя Санду и изменение отношения к России

Майя Санду первоначально тоже исходила из того, что с Россией можно выстроить прагматичные отношения. Но постепенно её отношение изменилось.

После начала войны против Украины Россия стала восприниматься уже не как сложный сосед, а как государство-агрессор, использующее давление, угрозы и войну как инструмент политики.

24 февраля 2022 года изменил не только Украину. Он изменил и Молдову.

Война в Украине и угроза для Молдовы

После начала войны серьёзно усилились опасения, что Россия может попытаться распространить военный сценарий и на молдавское направление.

Особенно тревожными выглядели события первых месяцев войны, когда российские войска пытались прорваться к Одессе. Если бы юг Украины был захвачен, Молдова оказалась бы в совершенно иной ситуации.

На этом фоне крайне показательной выглядела активность российского посольства, которое начало публично собирать информацию о якобы «притеснениях русских и русскоязычных» в Молдове. Подобные обвинения Россия ранее уже использовала как предлог для вмешательства в Грузии и Украине.

Фактически Москва искала повод для возможной эскалации.

К счастью для Молдовы, российский план быстрого захвата юга Украины провалился.

Приднестровье как инструмент влияния

Главным инструментом российского влияния продолжает оставаться Приднестровье.

Военное присутствие России сохраняется десятилетиями, а сам регион давно превратился в рычаг давления на Кишинёв. Экономика Приднестровья держалась на российских ресурсах, дешёвом газе и политическом покровительстве Москвы.

Для Кремля Приднестровье было не проблемой, а удобным механизмом влияния на Молдову.

Гагаузия, Шор и попытка контроля над регионом

Отдельным направлением давления стала Гагаузия.

Москва активно использовала автономию через информационное влияние, поддержку пророссийских политиков и эксплуатацию темы «особого пути» региона.

Особенно резко ситуация изменилась после усиления роли Илана Шора. После бегства из Молдовы он начал превращать Гагаузию в один из главных опорных регионов своего влияния. Через финансовые ресурсы и сеть политической зависимости структуры Шора сумели установить серьёзный контроль над частью местной элиты.

Победа Евгении Гуцул стала фактически попыткой установить контроль над целым регионом Молдовы через политические структуры, ориентированные одновременно на Шора и Кремль.

После этого Гагаузия всё чаще начала использоваться как инструмент давления на центральную власть, площадка для антиправительственной мобилизации и источник постоянных политических конфликтов.

При этом сама Гагаузия объективно заинтересована прежде всего в экономическом развитии, инвестициях, модернизации сельского хозяйства и сотрудничестве с ЕС и Турцией. Но вместо стратегии развития регион всё чаще втягивается в геополитические конфликты.

Экономическое давление и эмбарго

Одним из первых инструментов давления стала экономика.

В 2006 году Россия ввела эмбарго на молдавское вино. Пострадали винодельческие предприятия, сельское хозяйство и тысячи рабочих мест, особенно на юге страны и в Гагаузии.

Позже ограничения распространялись и на другую продукцию.

Экономика всё чаще использовалась как оружие давления.

Энергетический шантаж

Вторым направлением стал энергетический шантаж.

Десятилетиями Молдова зависела от российского газа, а Москва использовала цены, долги и угрозы прекращения поставок как инструмент политического давления.

Именно поэтому после начала войны Молдова ускорила энергетическое сближение с Румынией и ЕС.

Политические сети влияния и «пятая колонна»

Одновременно Кремль многие годы строил внутри Молдовы политические сети влияния, поддерживал пророссийские партии, медийные структуры, работал с протестными настроениями и пытался сформировать внутри страны полноценную «пятую колонну».

Главная задача заключалась в том, чтобы блокировать реформы, усиливать внутренние конфликты и подрывать доверие к государству.

Информационная война

Ключевым элементом этой стратегии стала информационная война.

Через телевидение, сайты, Telegram-каналы и «экспертов» обществу внушались страх, недоверие к Западу и ощущение постоянной угрозы.

Главная цель была не столько заставить людей полюбить Россию, сколько вызвать раскол общества и ощущение хаоса.

Коррупция как инструмент влияния

Важную роль играли и коррупционные механизмы.

Кремль активно использовал зависимость части молдавских политиков и бизнес-групп. Причём многие фигуры, связанные с коррупционными схемами прошлого, сегодня продолжают выступать как «оппозиционные борцы за народ», хотя именно при них формировались многие нынешние проблемы государства.

Поэтому борьба с коррупцией для Молдовы давно стала не только моральным вопросом, но и вопросом национальной безопасности.

Как изменилось отношение к России

За последние годы серьёзно изменилось и отношение молдавского общества к России.

Если раньше её воспринимали как сложного, но важного партнёра, то после усиления авторитаризма и войны против Украины Россия всё чаще воспринимается как источник политических, информационных и военных угроз.

Перспективы отношений

Сегодня многие понимают, что отношения между Молдовой и Россией уже никогда не будут прежними. Слишком многое произошло: война, давление, шантаж, вмешательство во внутренние дела и попытки дестабилизации.

Молдова ничего не собирается забывать.

Но это не означает, что отношения навсегда обречены оставаться враждебными. Для нормализации необходимы принципиальные изменения: завершение войны против Украины, изменение внутренней и внешней политики России и отказ от вмешательства во внутренние дела Молдовы.

Европейский выбор Молдовы

Молдова уже сделала свой стратегический выбор.

Страна всё быстрее интегрируется в европейскую экономику, энергетическую систему ЕС и европейское политическое пространство.

И этот процесс, скорее всего, уже необратим.

Примечание

Если вы считаете нашу информацию полезной, поддержка помогает сохранять независимость и продолжать движение вперёд.

MIA: +373 69 111 228

IBAN: MD87AG000000022592651002

Moldova–Rusia: problemele relațiilor și perspectivele

Începutul conflictului: Transnistria și destrămarea URSS

După destrămarea URSS, multora li se părea că relațiile dintre Moldova și Rusia vor putea deveni pragmatice și stabile. Istoria, limba, economia și legăturile umane creau impresia că vor putea fi evitate conflictele serioase. Dar realitatea s-a dovedit a fi alta.

Principala problemă încă de la început a fost Transnistria. Cu sprijinul direct al Moscovei, acolo s-a format un regim separatist, iar prezența Armatei a 14-a a devenit factorul-cheie al conflictului. Trebuie recunoscut: Rusia nu a reușit niciodată să accepte independența Moldovei ca fapt istoric definitiv.

După negocierile dintre Boris Elțin și Petru Lucinschi de la Istanbul a apărut speranța că Moscova este pregătită pentru compromisuri și retragerea trupelor. Dar apoi atât Elțin, cât și Lucinschi au plecat din funcții, iar noul președinte al Moldovei, Vladimir Voronin, a mizat pe relațiile personale cu Vladimir Putin și a încercat să rezolve problema transnistreană prin dialog cu Kremlinul.

Eșecul memorandumului Kozak și începutul presiunii hibride

Momentul de cotitură a fost eșecul memorandumului Kozak. După aceasta, Kremlinul a încetat să mai mizeze pe Voronin și a început să caute politicieni mai convenabili pentru sine.

Anume atunci relațiile dintre Moldova și Rusia au început să treacă rapid de la un parteneriat complicat la o confruntare hibridă.

Deja în 2005, Rusia a încercat să influențeze alegerile parlamentare din Moldova, susținând diferite forțe de opoziție împotriva Partidului Comuniștilor. Operațiunea a eșuat, dar strategia

Kremlinului s-a schimbat: în locul negocierilor au început să fie folosite tot mai des presiunea, șantajul și intervenția în procesele interne ale țării.

Igor Dodon ca proiect politic al Kremlinului

Un rol aparte în acest sistem l-a primit ulterior Igor Dodon. Anume pe el Kremlinul îl vedea drept înlocuitor pentru Vladimir Voronin.

Formal, Dodon vorbea despre „parteneriat strategic” cu Rusia, însă în realitate Moscova părea pentru el nu un partener egal, ci un fel de „companie de administrare”, ale cărei semnale trebuiau executate.

Întreaga sa politică era construită în jurul demonstrării loialității față de Kremlin: întâlniri permanente cu Putin, susținerea narativelor rusești, critica integrării europene și încercările de a frâna apropierea Moldovei de UE.

Deosebit de relevant a fost episodul când, după intervenția lui Dodon, a fost practic zădărnicită vizita Maiei Sandu la Moscova în perioada în care aceasta era prim-ministru. Atunci a devenit definitiv clar: pentru Kremlin importante nu sunt instituțiile statului moldovenesc, ci existența la Chișinău a unor politicieni gata să execute deciziile convenabile Moscovei.

Maia Sandu și schimbarea atitudinii față de Rusia

Inițial, Maia Sandu pornea și ea de la ideea că cu Rusia pot fi construite relații pragmatice. Dar treptat atitudinea ei s-a schimbat.

După începutul războiului împotriva Ucrainei, Rusia a început să fie percepută nu ca un vecin complicat, ci ca un stat agresor, care utilizează presiunea, amenințările și războiul ca instrument al politicii externe.

24 februarie 2022 a schimbat nu doar Ucraina. A schimbat și Moldova.

Războiul din Ucraina și amenințarea pentru Moldova

După începutul războiului au crescut serios temerile că Rusia ar putea încerca să extindă scenariul militar și asupra direcției moldovenești.

Deosebit de alarmante păreau evenimentele din primele luni ale războiului, când trupele ruse încercau să ajungă la Odesa. Dacă sudul Ucrainei ar fi fost ocupat, Moldova s-ar fi aflat într-o situație complet diferită.

Pe acest fundal, activitatea ambasadei ruse părea extrem de sugestivă: aceasta a început să colecteze public informații despre presupusele „persecuții ale rușilor și rusofonilor” din Moldova. Astfel de acuzații Rusia le-a folosit anterior drept pretext pentru intervenții în Georgia și Ucraina.

De fapt, Moscova căuta un motiv pentru o posibilă escaladare.

Din fericire pentru Moldova, planul Rusiei de ocupare rapidă a sudului Ucrainei a eșuat.

Transnistria ca instrument de influență

Principalul instrument al influenței ruse rămâne Transnistria.

Prezența militară a Rusiei se menține de zeci de ani, iar regiunea s-a transformat demult într-o pârghie de presiune asupra Chișinăului. Economia Transnistriei s-a bazat pe resursele rusești, gaz ieftin și protecție politică din partea Moscovei.

Pentru Kremlin, Transnistria nu era o problemă, ci un mecanism comod de influență asupra Moldovei.

Găgăuzia, Șor și tentativa de control asupra regiunii

O altă direcție de presiune a devenit Găgăuzia.

Moscova a folosit activ autonomia prin influență informațională, susținerea politicienilor proruşi și exploatarea temei „drumului special” al regiunii.

Situația s-a schimbat radical după consolidarea rolului lui Ilan Șor. După fuga sa din Moldova, acesta a început să transforme Găgăuzia într-una dintre principalele regiuni de sprijin ale influenței sale. Prin resurse financiare și o rețea de dependență politică, structurile lui Șor au reușit să stabilească un control serios asupra unei părți a elitei locale.

Victoria Evgheniei Guțul a devenit, de fapt, o tentativă de a stabili controlul asupra unei întregi regiuni a Moldovei prin structuri politice orientate simultan spre Șor și Kremlin.

După aceasta, Găgăuzia a început să fie folosită tot mai des ca instrument de presiune asupra autorităților centrale, platformă pentru mobilizare antiguvernamentală și sursă de conflicte politice permanente.

În același timp, însăși Găgăuzia este obiectiv interesată în dezvoltare economică, investiții, modernizarea agriculturii și cooperare cu UE și Turcia. Dar în locul unei strategii de dezvoltare, regiunea este atrasă tot mai mult în conflicte geopolitice.

Presiunea economică și embargourile

Unul dintre primele instrumente de presiune a fost economia.

În 2006, Rusia a introdus embargo asupra vinurilor moldovenești. Au avut de suferit întreprinderile vinicole, agricultura și mii de locuri de muncă, mai ales în sudul țării și în Găgăuzia.

Ulterior, restricțiile s-au extins și asupra altor produse.

Economia era folosită tot mai des ca armă de presiune.

Șantajul energetic

A doua direcție a devenit șantajul energetic.

Timp de decenii, Moldova a depins de gazul rusesc, iar Moscova folosea prețurile, datoriile și amenințările cu sistarea livrărilor drept instrument de presiune politică.

Anume de aceea, după începutul războiului, Moldova a accelerat apropierea energetică de România și UE.

Rețelele politice de influență și „coloana a cincea”

În paralel, Kremlinul a construit ani la rând în interiorul Moldovei rețele politice de influență, a susținut partide proruse, structuri mediatice, a lucrat cu stările de protest și a încercat să formeze în interiorul țării o adevărată „coloană a cincea”.

Scopul principal era blocarea reformelor, amplificarea conflictelor interne și subminarea încrederii în stat.

Războiul informațional

Elementul-cheie al acestei strategii a devenit războiul informațional.

Prin televiziuni, site-uri, canale Telegram și „experți”, societății i se insuflau frica, neîncrederea față de Occident și sentimentul unei amenințări permanente.

Scopul principal nu era atât să facă oamenii să iubească Rusia, cât să provoace dezbinare și haos.

Corupția ca instrument de influență

Un rol important l-au avut și mecanismele de corupție.

Kremlinul a utilizat activ dependența unei părți a politicienilor și grupurilor de afaceri din Moldova. Mai mult, multe figuri legate de schemele corupte ale trecutului continuă și astăzi să apară drept „luptători ai opoziției pentru popor”, deși anume în perioada lor s-au format multe dintre problemele actuale ale statului.

De aceea, lupta împotriva corupției pentru Moldova a devenit de mult nu doar o problemă morală, ci și una de securitate națională.

Cum s-a schimbat atitudinea față de Rusia

În ultimii ani s-a schimbat serios și atitudinea societății moldovenești față de Rusia.

Dacă anterior Rusia era percepută ca un partener complicat, dar important, după consolidarea autoritarismului și războiul împotriva Ucrainei ea este văzută tot mai des ca sursă de amenințări politice, informaționale și militare.

Perspectivele relațiilor

Astăzi mulți înțeleg că relațiile dintre Moldova și Rusia nu vor mai fi niciodată aceleași. S-au întâmplat prea multe: război, presiuni, șantaj, intervenții în treburile interne și tentative de destabilizare.

Moldova nu intenționează să uite toate acestea.

Dar asta nu înseamnă că relațiile sunt condamnate pentru totdeauna la ostilitate. Pentru normalizare sunt necesare schimbări fundamentale: încheierea războiului împotriva Ucrainei, schimbarea politicii interne și externe a Rusiei și renunțarea la intervențiile în afacerile interne ale Moldovei.

Alegerea europeană a Moldovei

Moldova și-a făcut deja alegerea strategică.

Țara se integrează tot mai rapid în economia europeană, sistemul energetic al UE și spațiul politic european.

Iar acest proces este, cel mai probabil, deja ireversibil.

Dacă considerați informația noastră utilă, sprijinul dumneavoastră ajută la păstrarea independenței și continuarea activității.

MIA: +373 69 111 228
IBAN: MD87AG000000022592651002