Помните Дмитрия Рогозина?

Когда его назначили спецпредставителем президента России по Приднестровью, он зачастил в наши края. Приезжал в Тирасполь, встречался с руководством региона, выступал перед людьми, раздавал обещания.

Одно из них мне особенно запомнилось.

Рогозин обещал модернизировать пять крупных предприятий Приднестровья и сделать их одними из самых современных в Европе.

Звучало красиво. Люди поверили.

Прошли годы.

Где эти современные заводы?

Их нет.

Почему?

Думаю, ответ простой и неприятный.

Кремлю никогда не было нужно сильное, современное и экономически самостоятельное Приднестровье.

Ему было нужно другое Приднестровье: зависимое.

Регион, который постоянно нуждается в российском газе, российских деньгах, российских кредитах, российских пенсионных надбавках и политической поддержке Москвы.

Потому что самостоятельным человеком сложнее управлять. Самостоятельным регионом тоже.

Москва выращивала не развитие. Москва выращивала зависимость

Более тридцати лет Россия рассказывает, что защищает Приднестровье.

Хорошо.

Тогда покажите результат этой защиты.

Где экономический рывок?

Где современные предприятия?

Где инвестиции?

Где инфраструктура?

Где зарплаты, благодаря которым молодежь не уезжает?

Где экономика, способная существовать без российского газа и политических решений Москвы?

Тридцать лет для этого более чем достаточно.

Но вместо экономической самостоятельности возникла система зависимости.

Дешевый или фактически неоплачиваемый газ. Финансовая помощь. Российские паспорта. Доплаты пенсионерам. Поддержка местной администрации.

Людям действительно что-то давали.

Но ровно столько, чтобы система продолжала существовать.

Не сделать Приднестровье богатым. Не сделать его самостоятельным. Не дать ему возможность жить без Москвы. А удерживать.

Причем удерживать прежде всего систему власти: чиновников, силовиков, политическую и экономическую элиту.

Газ показал цену российской "заботы"

Особенно наглядно эта модель проявилась во время энергетического кризиса.

Десятилетиями Москва приучала регион к российскому газу.

Газ был фундаментом экономики, промышленности, энергетики и социальной стабильности.

А когда привычная схема поставок рухнула?

Расплачивался не Кремль. Расплачивались обычные жители Приднестровья.

Холодные квартиры. Проблемы с электричеством. Остановка предприятий. Люди, не знающие, что будет завтра.

Вот она, цена зависимости.

Если тридцать лет называешь себя защитником региона, почему за эти тридцать лет не помог создать систему, способную пережить подобный кризис?

Ответ опять неприятный.

Потому что независимость Приднестровья от российского газа означала бы уменьшение зависимости Приднестровья от России.

А Кремлю это не нужно.

Паспорта нужны прежде всего Кремлю

Еще один инструмент: российское гражданство.

Москва годами раздавала российские паспорта жителям региона.

На первый взгляд, забота.

Но есть и другая сторона.

Чем больше российских граждан живет на территории другой страны, тем удобнее потом говорить: "Мы обязаны защищать своих граждан".

И тогда человек превращается из гражданина, которого государство должно защищать, в политический аргумент, которым государство может воспользоваться.

Паспорт становится не только документом.

Он становится инструментом геополитики.

Российские солдаты тоже находятся там не ради пенсионеров

Москва любит объяснять свое военное присутствие заботой о безопасности.

Но российские войска находятся в Приднестровье не для того, чтобы строить школы.

Не для того, чтобы ремонтировать больницы.

Не для того, чтобы создавать рабочие места.

Не для того, чтобы повышать зарплаты.

Они нужны России как военно-политический рычаг.

Рычаг давления на Молдову.

И пока существует этот рычаг, Кремлю выгодно сохранять сам конфликт.

Потому что окончательно урегулированное Приднестровье перестает быть инструментом давления на Кишинев.

Хотите увидеть, чем иногда заканчивается российская "защита"? Посмотрите на Украину

Это самый страшный урок.

Россия много лет говорила о защите русскоязычных.

О защите соотечественников.

О защите российских граждан.

А потом пришла их "защищать".

Посмотрите на русскоязычные города Украины.

Разрушенные дома. Уничтоженные предприятия. Сотни тысяч людей, покинувших родные места. Погибшие. Искалеченные судьбы.

Многие из тех, кого Москва объявила объектом своей защиты, заплатили за эту "защиту" страшную цену.

И поэтому жителям Приднестровья стоит задать себе очень простой вопрос: а что произойдет, если однажды Кремлю понадобится использовать Приднестровье уже не как политический, а как военный инструмент?

Кто тогда окажется на передовой?

Не московские чиновники.

Не российские пропагандисты.

Не те, кто десятилетиями рассказывал о "русском мире".

Расплачиваться будут люди, живущие здесь.

Вот почему я говорю о "расходном материале"

Для Кремля жители Приднестровья ценны прежде всего до тех пор, пока через них можно влиять на Молдову.

Их российские паспорта удобны как политический аргумент.

Их страхи удобны для пропаганды.

Их зависимость удобна для управления.

Российские войска удобны как инструмент давления.

А сама территория удобна как геополитический рычаг.

Но где во всей этой конструкции человек?

Где его будущее?

Где современная экономика?

Где нормальная европейская инфраструктура?

Где перспективы его детей?

Где те самые модернизированные предприятия, которые когда-то обещал Рогозин?

Вот в этом и проявляется истинное отношение Кремля к Приднестровью.

Пока человек нужен для решения геополитической задачи, о нем говорят как о "соотечественнике", которого Россия никогда не бросит.

А когда интересы этого человека сталкиваются с интересами Кремля, на первом месте оказывается геополитика.

И тогда человек рискует превратиться просто в расходный материал.

Поэтому я бы сформулировал главную угрозу для жителей левобережья совсем не так, как ее десятилетиями рисует российская пропаганда.

Главная угроза для жителей Приднестровья не реинтеграция с Молдовой.

Главная угроза в другом.

Чтобы однажды утром они не проснулись и не обнаружили, что Кремль уже решил их судьбу. Не ради них. Не ради Приднестровья. А ради своих совершенно других геополитических задач.

Примечание

Если вы хотите помочь в реализации проектов, направленных на развитие Молдовы, буду рад сотрудничеству.

MIA: +373 69 111 228

IBAN: MD87AG000000022592651002

Locuitorii din Transnistria ca „material consumabil” pentru Kremlin

Vă amintiți de Dmitri Rogozin?

Când a fost numit reprezentant special al președintelui Rusiei pentru Transnistria, a început să vină tot mai des pe la noi. Mergea la Tiraspol, se întâlnea cu conducerea regiunii, vorbea în fața oamenilor și făcea promisiuni.

Una dintre ele mi-a rămas în mod special în memorie.

Rogozin a promis că va moderniza cinci mari întreprinderi din Transnistria și le va transforma în unele dintre cele mai moderne din Europa.

Suna frumos. Oamenii au crezut.

Au trecut anii.

Unde sunt aceste uzine moderne?

Nu există.

De ce?

Cred că răspunsul este simplu și neplăcut.

Kremlinul nu a avut niciodată nevoie de o Transnistrie puternică, modernă și independentă economic.

Avea nevoie de o altă Transnistrie: dependentă.

O regiune care să aibă permanent nevoie de gazul rusesc, de banii rușilor, de creditele rusești, de suplimentele rusești la pensii și de sprijinul politic al Moscovei.

Pentru că un om independent este mai greu de controlat. La fel și o regiune independentă.

Moscova nu a cultivat dezvoltarea. Moscova a cultivat dependența

De peste treizeci de ani, Rusia ne spune că apără Transnistria.

Bine.

Atunci arătați rezultatul acestei protecții.

Unde este saltul economic?

Unde sunt întreprinderile moderne?

Unde sunt investițiile?

Unde este infrastructura?

Unde sunt salariile datorită cărora tinerii nu mai pleacă?

Unde este economia capabilă să existe fără gazul rusesc și fără deciziile politice ale Moscovei?

Treizeci de ani sunt mai mult decât suficienți pentru asta.

Dar în locul independenței economice a fost creat un sistem al dependenței.

Gaz ieftin sau, de fapt, neachitat. Ajutor financiar. Pașapoarte rusești. Suplimente la pensii. Susținerea administrației locale.

Oamenilor chiar li s-a dat câte ceva.

Dar exact atât cât să permită sistemului să continue să existe.

Nu pentru a face Transnistria bogată. Nu pentru a o face independentă. Nu pentru a-i oferi posibilitatea să trăiască fără Moscova. Ci pentru a o ține sub control.

Și, înainte de toate, pentru a menține sistemul de putere: funcționarii, structurile de forță, elita politică și economică.

Gazul a arătat prețul „grijii” rusești

Această strategie s-a văzut deosebit de clar în timpul crizei energetice.

Timp de decenii, Moscova a obișnuit regiunea să depindă de gazul rusesc.

Gazul a devenit fundamentul economiei, industriei, energeticii și stabilității sociale.

Dar ce s-a întâmplat când vechea schemă de livrare s-a prăbușit?

Nu Kremlinul a plătit prețul. L-au plătit oamenii simpli din Transnistria.

Apartamente reci. Probleme cu energia electrică. Întreprinderi oprite. Oameni care nu știau ce îi așteaptă a doua zi.

Acesta este prețul dependenței.

Dacă timp de treizeci de ani te numești protectorul regiunii, de ce în acești treizeci de ani nu ai ajutat-o să construiască un sistem capabil să reziste unei asemenea crize?

Răspunsul este din nou neplăcut.

Pentru că independența Transnistriei față de gazul rusesc ar fi însemnat reducerea dependenței Transnistriei față de Rusia.

Iar Kremlinul nu are nevoie de asta.

Pașapoartele sunt necesare în primul rând Kremlinului

Un alt instrument: cetățenia rusă.

Ani la rând, Moscova a împărțit pașapoarte rusești locuitorilor regiunii.

La prima vedere, pare o formă de grijă.

Dar există și cealaltă parte.

Cu cât mai mulți cetățeni ruși locuiesc pe teritoriul altui stat, cu atât mai ușor este să spui ulterior:

„Suntem obligați să ne apărăm cetățenii.”

Și atunci omul se transformă dintr-un cetățean pe care statul ar trebui să-l protejeze într-un argument politic pe care statul îl poate folosi.

Pașaportul nu mai este doar un document.

Devine un instrument geopolitic.

Nici soldații ruși nu se află acolo de dragul pensionarilor

Moscovei îi place să-și explice prezența militară prin grija pentru securitate.

Dar trupele rusești nu se află în Transnistria pentru a construi școli.

Nu pentru a repara spitale.

Nu pentru a crea locuri de muncă.

Nu pentru a majora salariile.

Rusia are nevoie de ele ca de o pârghie politico-militară.

O pârghie de presiune asupra Moldovei.

Și atât timp cât această pârghie există, Kremlinului îi convine să mențină conflictul.

Pentru că o Transnistrie cu un conflict definitiv soluționat încetează să mai fie un instrument de presiune asupra Chișinăului.

Vreți să vedeți cum se termină uneori „protecția” Rusiei? Priviți Ucraina

Aceasta este cea mai dură lecție.

Ani la rând, Rusia a vorbit despre protejarea populației rusofone.

Despre protejarea „compatrioților”.

Despre protejarea cetățenilor ruși.

Iar apoi a venit să-i „protejeze”.

Priviți orașele rusofone ale Ucrainei.

Case distruse. Întreprinderi nimicite. Sute de mii de oameni care și-au părăsit locurile natale. Morți. Destine mutilate.

Mulți dintre cei pe care Moscova i-a declarat obiectul protecției sale au plătit un preț cumplit pentru această „protecție”.

De aceea, locuitorii Transnistriei ar trebui să-și pună o întrebare foarte simplă ce se va întâmpla dacă, într-o bună zi, Kremlinul va avea nevoie să folosească Transnistria nu ca instrument politic, ci ca instrument militar?

Cine va ajunge atunci în prima linie?

Nu funcționarii de la Moscova.

Nu propagandiștii ruși.

Nu cei care vorbesc de zeci de ani despre „lumea rusă”.

Prețul îl vor plăti oamenii care trăiesc aici.

Iată de ce vorbesc despre „material consumabil”

Pentru Kremlin, locuitorii Transnistriei sunt importanți în primul rând atât timp cât prin intermediul lor poate influența Moldova.

Pașapoartele lor rusești sunt utile ca argument politic.

Temerile lor sunt utile propagandei.

Dependența lor este utilă pentru control.

Trupele rusești sunt utile ca instrument de presiune.

Iar teritoriul însuși este util ca pârghie geopolitică.

Dar unde este omul în toată această construcție?

Unde este viitorul lui?

Unde este economia modernă?

Unde este infrastructura europeană normală?

Unde sunt perspectivele copiilor lui?

Unde sunt acele întreprinderi modernizate pe care le promitea cândva Rogozin?

Aici se vede adevărata atitudine a Kremlinului față de Transnistria.

Atât timp cât omul este necesar pentru rezolvarea unei probleme geopolitice, despre el se vorbește ca despre un „compatriot” pe care Rusia nu-l va abandona niciodată.

Dar atunci când interesele acestui om intră în contradicție cu interesele Kremlinului, geopolitica ajunge pe primul loc.

Și atunci omul riscă să devină pur și simplu material consumabil.

De aceea, aș formula principala amenințare pentru locuitorii din stânga Nistrului cu totul altfel decât o prezintă de zeci de ani propaganda rusă.

Principala amenințare pentru locuitorii Transnistriei nu este reintegrarea cu Moldova.

Pericolul real este altul.

Ca într-o dimineață să nu se trezească și să descopere că Kremlinul le-a decis deja soarta. Nu pentru ei. Nu pentru Transnistria. Ci pentru cu totul alte obiective geopolitice ale sale.

Notă

Dacă doriți să contribuiți la realizarea proiectelor orientate spre dezvoltarea Moldovei, voi fi bucuros să colaborăm.

MIA: +373 69 111 228

IBAN: MD87AG000000022592651002